Адвокат по уголовным делам

Важность услуг адвоката сложно переоценить, ведь иногда профессиональная юридическая помощь требуется не только лицам, совершившим противоправное деяние, но и добропорядочным гражданам, попавшим в непростую жизненную ситуацию.

+7 (929) 650-00-00

Апелляционное определение Свердловского областного суда от 16.10.2019 по делу N 33а-18115/2019

Апелляционное определение Свердловского областного суда от 16.10.2019 по делу N 33а-18115/2019 Требование: О признании незаконными действий учреждения, исполняющего наказания, выразившихся в неправомерном воспроизведении Государственного гимна РФ; признании незаконным помещения осужденного в отряд со строгими условиями содержания, не соответствующими требованиям закона. Обстоятельства: Осужденный к лишению свободы указал, что в нарушение закона в учреждении подъем осужденных в утренние часы производится с помощью звуковых устройств, через которые очень громко воспроизводится Государственный гимн РФ; условия содержания в отряде не соответствуют установленным нормам, ограничен доступ осужденного к приобретенным им продуктам. Решение: В удовлетворении требования отказано.

СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 октября 2019 г. по делу N 33а-18115/2019

Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе: …

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело N 2а-3167/2019 по административному исковому заявлению К. к Федеральному казенному учреждению Исправительная колония N 10 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области о признании незаконными действий

по апелляционной жалобе административного истца К.

на решение Чкаловского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 05 июля 2019 года.

Заслушав доклад судьи С.Т.Е., объяснения представителей административного ответчика Федерального казенного учреждения Исправительная колония N 10 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области Т.А., заинтересованного лица ФСИН России З., возражавших против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

административный истец К. обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению Исправительная колония N 10 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области (далее - ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области) о признании незаконными действий, выразившихся в злоупотреблении использования Государственного гимна Российской Федерации, воспроизведении Государственного гимна Российской Федерации не по назначению.

В обоснование заявленных требований указано, что административный истец является осужденным, отбывает наказание в ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области. С 19 июля 2017 года две недели содержался в карантинном отделении, по распорядку дня которого в 06 часов 00 минут производится подъем с помощью динамика, в который очень громко включают Государственный гимн Российской Федерации. С 01 декабря 2017 года по 24 января 2018 года административный истец содержался в штрафном изоляторе, в помещении которого висит динамик, через который каждый день в 05 часов 00 минут включают Государственный гимн Российской Федерации. С 24 января 2018 года административный истец содержится в отряде строгих условий отбывания наказания, в котором также администрация производит подъем с помощью звуковых устройств, через которые воспроизводит Государственный гимн Российской Федерации. Указанными действиями администрация нарушает Федеральный Конституционный закон "О Государственном гимне Российской Федерации", согласно которому использование Государственного гимна Российской Федерации возможно только при проведении торжественных мероприятий.

Административный истец К. также обратился с административным иском к ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконным помещения и содержания его в отряде строгих условий содержания, не соответствующих требованиям действующего законодательства.

В обоснование заявленных требований указано, что в помещении отряда строгих условий ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области в одном помещении находятся: комната воспитательной работы, гардеробная, спальное помещение, огороженное решеткой; в помещении имеется три окна, которые не открываются, в окна не попадает дневной свет; отсутствует комната психологической разгрузки, сушилка, молельная комната; комната для хранения продуктов питания совмещена с кухней и столовой; туалет совмещен с умывальной комнатой; в помещении отсутствует вентиляция; в огороженной решеткой спальном месте площадь на одного осужденного менее двух квадратных метров, в помещении стоит 15 двухъярусных кроватей. 18 февраля 2019 года после проверки ФСИН России из камеры вынесены 09 кроватей и добавлено 02 тумбочки, площадь клетки 43,2 кв. м. В спальном месте табуретки в два раза меньше установленной нормы. В туалете, совмещенном с умывальной комнатой, расположено 2 унитаза и 2 умывальника, по нормам на 30 человек должно быть 3 унитаза и 3 умывальника. По периметру помещения незаконно установлены камеры. Прогулочный дворик имеет незначительный размер, полностью огорожен, в связи с чем, солнечный свет туда не попадает. Искусственное освещение существующим требованиям не соответствует, что влияет на здоровье административного истца. Кроме того, администрация исправительного учреждения ограничила доступ на кухню, создала препятствия к доступу к продуктам, приобретенным в магазине и кафе ФКУ ИК-10, а также полученным в посылках и передачах.

Определением Чкаловского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 26 июня 2019 года административные дела по административным исковым заявлениям К. объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением номера 2а-3167/2019.

Административный истец К. в судебном заседании суда первой инстанции доводы административного искового заявления поддержал, просил требования удовлетворить.

Представители административного ответчика ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области Т.Е., заинтересованного лица ФСИН России З. в судебном заседании суда первой инстанции возражали против удовлетворения заявленных требований по доводам представленных письменных отзывов.

Решением Чкаловского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 05 июля 2019 года административные исковые требования К. оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе административный истец К. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить заявленные требования, указывая на несогласие с выводами суда.

Административный истец К. в судебное заседание судебной коллегии не явился, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещен надлежащим образом, ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи оставлено без удовлетворения с учетом его личного участия в суде первой инстанции, доводов апелляционной жалобы, не свидетельствующих о необходимости его личного участия в суде апелляционной инстанции. Учитывая надлежащее извещение административного истца о времени и месте судебного заседания, руководствуясь положениями статей 142, 150, части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не находит оснований для отмены решения суда.

Разрешая спор, суд правильно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, определил обстоятельства, имеющие значение для дела, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства на основании статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, постановил решение в соответствии с нормами материального и процессуального законодательства.

В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Исходя из положений пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет заявленные требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействия) нарушает права и свободы административного истца, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту.

Такая необходимая совокупность судом в рассматриваемом случае не установлена, что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, с чем судебная коллегия соглашается исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 70 Конституции Российской Федерации Государственные флаг, герб и гимн Российской Федерации, их описание и порядок официального использования устанавливаются федеральным конституционным законом.

Согласно статье 2 Федерального Конституционного закона от 25 декабря 2000 года N 3-ФКЗ "О Государственном гимне Российской Федерации" Государственный гимн Российской Федерации является официальным государственным символом Российской Федерации.

В статье 3 Федерального Конституционного закона от 25 декабря 2000 года N 3-ФКЗ "О Государственном гимне Российской Федерации" указаны случаи, при которых Государственный гимн Российской Федерации может исполняться.

При официальном исполнении Государственного гимна Российской Федерации присутствующие выслушивают его стоя, мужчины - без головных уборов. Исполнение и использование Государственного гимна Российской Федерации с нарушением настоящего Федерального конституционного закона, а также надругательство над Государственным гимном Российской Федерации влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (статьи 7, 9 Федерального конституционного закона от 25 декабря 2000 года N 3-ФКЗ "О Государственном гимне Российской Федерации").

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, административный истец является осужденным и отбывает наказание в ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области. Администрация данного исправительного учреждения осуществляет трансляцию Государственного гимна Российской Федерации в официально установленные праздничные дни Российской Федерации и памятные дни Российской Федерации с помощью радиовещания при осуществлении установленного распорядком дня подъема осужденных.

Суд первой инстанции, разрешая требования административного истца о признании незаконным действий административного ответчика, выразившихся в использовании Государственного гимна Российской Федерации, воспроизведении Государственного гимна Российской Федерации не по назначению, пришел к выводу, что его трансляция в установленных случаях не может нарушать права административного истца. Суд указал, что администрацией ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области при трансляции Государственного гимна Российской Федерации в камерах на осужденных не возлагается обязанность по совершению действий, установленных положениями Федерального конституционного закона; в целях поддержания чувства патриотизма административный истец не лишен права прослушивания Государственного гимна Российской Федерации в соответствии с требованиями статьи 7 Федерального конституционного закона от 25 декабря 2000 года N 3-ФКЗ "О Государственном гимне Российской Федерации".

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции в указанной части правильными, основанными на верном применении норм материального права и определении обстоятельств, имеющих значение для административного дела.

Требования статьи 7 Федерального конституционного закона от 25 декабря 2000 года N 3-ФКЗ "О Государственном гимне Российской Федерации" носят императивный характер. Вместе с тем, административным истцом не представлено никаких допустимых доказательств, которые свидетельствовали бы о нарушении его прав и законных интересов, вследствие невозможности выслушивания гимна в официальной торжественной обстановке, стоя. Ответственность за невыполнение такой обязанности администрацией исправительного учреждения не установлена. Сама по себе трансляция Государственного гимна Российской Федерации даже вне торжественной обстановки никаким образом не может нарушать права административного истца как гражданина Российской Федерации. При таких обстоятельствах, действия ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области по трансляции Государственного гимна Российской Федерации прав административного истца не нарушают, в связи с чем, требования административного искового заявления в этой части не подлежат удовлетворению.

Разрешая требования административного искового заявления о признании незаконными действий ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области, выразившихся в помещении и содержании административного истца в отряде строгих условий содержания, не соответствующих требованиям действующего законодательства, суд первой инстанции также не нашел оснований для удовлетворения заявленных требований, с чем судебная коллегия соглашается на основании следующего.

Частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в пределах одной исправительной колонии осужденные к лишению свободы могут находиться в обычных, облегченных и строгих условиях отбывания наказания, предусмотренных видом режима данной колонии.

В соответствии с частью 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Таким образом, право администрации исправительных учреждений использовать технические средства контроля и надзора, к которым также относятся видеокамеры, является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность осужденных, режим содержания которых в указанной части не противоречит федеральному законодательству.

Судебная коллегия полагает, что осуществление видеонаблюдения не нарушает права осужденного К., поскольку не запрещено на законодательном уровне, является допустимым и оправданным в целях осуществления контроля и безопасности.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении сотрудниками исправительного учреждения должностных обязанностей или превышении их полномочий при осуществлении видеонаблюдения, не представлено административным истцом, которым также и не обосновано нарушение каких-либо его прав в указанной части требований.

Согласно части 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров. В части 3 статьи 99 Кодекса также указано, что минимальные нормы материально-технического обеспечения осужденных к лишению свободы, устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, максимальная наполняемость отряда строгих условий содержания составляет 21 человек; площадь комнаты временного расположения составляет 55,44 кв. м, площадь комнаты ночного пребывания составляет 43,7 кв. м, что полностью соответствует требованиям законодательства.

Согласно приложению 2 к Приказу ФСИН России от 27 июля 2006 года N 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" спальное помещение для осужденных должно быть оборудовано табуретами, из расчета один на человека; прикроватной тумбочкой из расчета одна на двух человек; комната для умывания должна быть оборудована умывальниками из расчета один на десять человек.

Выполнение указанных норм администрацией исправительного учреждения подтверждается справкой по мебельному обеспечению отряда строгих условий содержания, в том числе в части наличия двух унитазов и одно писсуара, что соответствует количеству осужденных, а также справкой о наименовании и площади помещений отряда строгих условий. Оснований сомневаться в достоверности указанного документа судебная коллегия не усматривает. Какие-либо опровергающие доказательства в материалах дела отсутствуют, административным истцом представлены не были и ходатайства об их истребовании не заявлялись.

Доводы административного истца об отсутствии вентиляции также опровергаются материалами дела. Как следует из акта о наличии вентиляции в помещениях ШИЗО-ПКТ ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области от 18 апреля 2019 года, составленного старшим помощником Свердловского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Л., заместителем начальника ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Свердловской области Л1., главным энергетиком С. в указанных помещениях установлена и функционирует вытяжная вентиляция с механическим побуждением, приточная вентиляция осуществляется естественным притоком воздуха через регулируемые створки.

В судебном заседании было установлено наличие действующих механизмов открывания и закрывания форточек в помещении, что было подтверждено объяснениями административного истца.

Довод административного истца о создании угрозы причинения вреда здоровья яркостью искусственного освещения также не нашел своего подтверждения.

Как следует из материалов дела, освещение ОСУОН выполнено встраиваемыми светильниками для учебных и офисных помещений с V-образной отражающей решеткой из алюминия в количестве 16 штук на площадь 99,14 кв. м; в светильники установлены светодиодные лампы 10 Вт 230 В 600 мм со световым потоком 800 Лм. Освещенность помещения составляет 100 Лк, что в полной мере соответствуют требованиям СанПиН 2.2.1./2.1.1.1.1278-03 "Гигиенические требования к естественному, искусственному и освещению жилых и общественных зданий", утвержденного Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 08 апреля 2003 года N 34.

Доводы административного истца о несоответствии размеров прогулочного дворика являются несостоятельными и не основаны на нормах материального права.

Является правильным вывод суда о том, что действующим законодательством для помещений ШИЗО и ПКТ не предусмотрено наличие отдельных комнат дневного и ночного пребывания, бытовой комнаты и иных вспомогательных помещений, указанных в административном иске, который в данной части является необоснованным.

Судебная коллегия также не усматривает совокупности оснований, предусмотренных статьей 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, для удовлетворения заявленных требований, и также учитывает, что административным истцом в нарушение положений пункта 1 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не представлены доказательства нарушенных прав, свобод и законных интересов оспариваемыми действиями.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований, поскольку оспариваемые действия являются законными, соответствуют требованиям уголовно-исполнительного законодательства, права, свободы и законные интересы административного истца не нарушают.

Апелляционная жалоба административного истца повторяет доводы, изложенные в административном исковом заявлении, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, по существу сводятся к несогласию с выводами суда. Основания для иной оценки и иного применения норм материального и процессуального права у суда апелляционной инстанции в данном случае отсутствуют.

Апелляционная жалоба не содержит обоснованных доводов о допущенных судом нарушениях норм материального и процессуального права, предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, являющихся основанием для отмены решения суда, которые судебной коллегией также не установлены, в связи с чем решение суда следует признать законным и обоснованным.

Руководствуясь статьями 308, 309, 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чкаловского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 05 июля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административного истца К. - без удовлетворения.


Вернуться назад
2.2. Особенности принятия государственным обвинителем решения о даче согласия (об отказе в даче согласия) на особый порядок

Поддержание государственного обвинения по уголовным делам, рассматриваемым судом в особом порядке (гл. 40 УПК...

Подробнее
Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 16.09.2020 N 88а-19324/2020 по делу N 2а-937/2019

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 16.09.2020 N 88а-19324/2020 по делу N...

Подробнее